5.3. Первая аппаратура засекречивания

Сама технология ВЧ-связи без применения аппаратуры засекречивания могла защитить только от прямого прослушивания. А вот если к линии ВЧ-связи подключить самый простой детекторный приемник, то разговор можно было восстановить в первозданном виде и осуществлять прослушивание. Проблема была в том, что в интересах правительственной связи использовались линии и каналы, как правило, НКС, работники которого, имея необходимую техническую подготовленность и служебный доступ к этим линиям и каналам, могли осуществить прослушивание.

Впервые об уязвимости ВЧ-связи написал в своем рапорте от 8 августа 1936 года старший техник-инженер М.И. Ильинский на имя начальника ОПС И.Я. Воробьёва. Основными источниками угроз были агентура иностранных спецслужб среди обслуживающего персонала и использование разных портативных и простых в обслуживании технических средств.

В документе, который был написан в феврале 1937 года, была фраза о том, что «разговоры могут подслушиваться (и слушаются) нашими работниками ВЧ, а им также полностью доверять нельзя». В первом пункте «Акта комиссии о проверке технического состояния Центральной станции правительственного ВЧ-связи» также отмечалось: «Существующее состояние ВЧ-связи не гарантирует секретность правительственных связей».

В 1938 году начальник ОПС И.Я.Воробьёв в одном из рапортов отметил, что «спецсвязь НКС, которой пользуются абоненты Кремля, не обеспечивает никакую секретность разговоров, потому что эта связь предоставляется Кремлю в известные часы и разговор членов правительства проходит через ту же аппаратуру НКС, которая обслуживается техническим составом, обслуживающим и коммерческие разговоры». Поэтому в срочном порядке пришлось проложить специальный кабель, который соединил станцию ВЧ-связи с АТС Кремля.

Таким образом, с развитием сети правительственной междугородной связи все более актуальной становилась проблема создания собственной специальной аппаратуры (согласно терминологии того времени - оперативной техники) для обеспечения автоматического засекречивания речевого сигнала.

История создания такой аппаратуры началась еще в начале ХХ века. Так, в 1900 году датским инженером Вальдемаром Поульсеном была предложена «разбивка» речевого сигнала на сегменты и передача их в обратном направлении (временная инверсия). В 1918 году шведско-финский инженер Эрик Тигерстедт предложил «разбивать» речь на временные сегменты и переставлять их во времени (временные перестановки). В 1920 году русский учёный Михаил Александрович Бонч-Бруевич усовершенствовал временную перестановку, введя кадровую структуру превращений (каждые «N» сегментов переставлялись по-своему). В 1922 году англичанин Хоу-Гольд для засекречивания радиотелефонной связи предложил применять синхронное изменение несущей частоты передатчика и настройки приемника.

Началом создания советской аппаратуры засекречивания стал 1930-й год, когда в НКПиТ начал работу Владимир Александрович Котельников. В 1931 году в этом наркомате под его руководством была создана научно-исследовательская группа в количестве 5-10 человек, которая начала разработку телефонной аппаратуры засекречивания для магистральной коротковолновой (далее - КВ) линии радиосвязи Москва-Хабаровск.

Поскольку сообщения, переданные по линии радиосвязи, легко могли быть перехвачены иностранной разведкой, Котельников в 1939 году предложил создать шифратор для засекречивания речевых сигналов. Это предложение имело важное государственное значение, поэтому для его реализации в Центральном научно-исследовательском институте связи (далее - ЦНИИС) НКПиТ была организована специальная лаборатория.

Для повышения стойкости засекречивания речи В.А. Котельников предложил новую систему, основанную на квазислучайных (известных только получателю сообщения) перестановках временных отрезков речевого сигнала, переданного по телефонному каналу. Принятый сигнал поддавался обратной процедуре, в результате чего возобновлялся исходный порядок прохождения временных отрезков речевого сигнала, и он становился разборчивым.

В результате в 1939 году лабораторией В.А. Котельникова была создана уникальная многоканальная телефонно-телеграфная аппаратура радиосвязи, впервые использовавшая одну боковую полосу частот, и соответствующая аппаратура телефонного засекречивания. Эта аппаратура была установлена на Октябрьском передающем центре в Москве и введена в опытную эксплуатацию на линии радиосвязи Москва-Хабаровск. Эта магистраль явилась наибольшим достижением отечественной и мировой радиотехники того времени.

Поскольку потребность в аппаратуре засекречивания телефонных переговоров была очень большой (о состоянии работ неоднократно докладывалось наркомом внутренних дел руководству государства), органы госбезопасности считали возможным одновременно обратиться к заграничным фирмам-производителям подобной аппаратуры. На то время отечественным специалистам уже были известны имеющиеся иностранные аналоги аппаратуры секретной телефонии, которая проектировалась в СССР.

Так, американская установка с однократным инвертированием частот использовалась в Московском радиотелефонном центре, а шифратор фирмы «Сименс» был в 1936 году испытан на магистрали Москва-Ленинград. Однако была необходима полная и достоверная информация по заграничным шифраторам: рассматривалась возможность размещения заказов на разработку новой аппаратуры или приобретение готовой продукции.

20 марта 1937 года «Технопромимпорт» получил от НКВД «Заказ на закупку за рубежом аппаратуры секретной телефонии». Через «Технопромимпорт» и Наркомат внешней торговли в начале 1937 года опросили более десятка европейских фирм, которые делали аппаратуру надтонального телефонирования, в том числе «Сименс» и «Лоренц» (Германия), «Бэлл Телефон» и «Аутоматик Электрик» (Бельгия), «Стандарт Телефон энд Кэблз» (Великобритания), «Хаслер» (Швейцария), а также «Эриксон» (Швеция). К запросам, как правило, добавлялись технические требования к аппаратуре: обеспечить защиту от дешифровки с помощью радиоприёмника с дополнительными простыми устройствами.

Однако большинство фирм ответили на запрос прямым отказом. Некоторые затребовали за разработку шифраторов очень высокую цену (в пределах 40-45 тысяч долларов - в то время это была достаточно большая сумма). Среди некоторых приемлемых предложений заслуживал внимания только ответ английской фирмы «Стандарт Телефон энд Кэблз», чьи шифраторы могли быть использованы в качестве дополнительного оборудования на канале радиосвязи Москва-Хабаровск.

Поэтому актуальной была проблема создания собственной (в рамках Оперативного отдела ГУГБ НКВД) научно-технической базы, которая позволила бы в кратчайшие сроки решить задачу оснащения ВЧ станций аппаратурой засекречивания (согласно терминологии того времени - оперативной техникой). В 1936 году в составе 13-го отделения Оперативного отдела уже функционировала радиолаборатория, которая занималась разработкой специальной радио-, телеграфной и телефонной аппаратуры правительственной связи. Подобная лаборатория была также создана при оперативном отделе Управления госбезопасности НКВД по Ленинградской области.

В тот период в сфере секретной телефонии работали еще 6 организаций: ЦНИИ связи НКПиТ, НИИ связи и телемеханики НКВМФ, НИИ РККА НКО, НИИ-20 Наркомата электропромышленности (далее - НКЭП), а также комбинат имени Коминтерна и завод «Красная Заря». Однако численность этих подразделений тогда была небольшой: 5-10 человек. Наиболее активно работал и создавал образцы аппаратуры засекречивания инженерно-конструкторский персонал ЦНИИС НКПиТ и завода «Красная Заря».

Весной 1936 года после того, как сотрудники ОПС ознакомились с имеющимися материалами по аппаратуре засекречивания в СССР и за рубежом, был сделан вывод о необходимости и возможности проектирования и сборки двух полукомплектов аппаратуры, подобной аппаратуре надтонального телефонирования системы «Сименс» образца 1932 года.

Такие полукомплекты были изготовлены к середине июня 1936 года лабораторией ОПС и испытаны на линиях связи между разными пунктами Москвы. Однако в ходе испытаний вместе с явными достоинствами оборудования были обнаружены существенные недостатки технического характера (искажение речи, прослушивание рабочих частот, отсутствие сигнализации, невозможность контроля работы и проверки режима ламп и др.).

Главная же проблема заключалась в том, что лаборатория-изготовитель могла делать такую аппаратуру только в виде макетов. Был нужен принципиально новый подход к решению проблемы, поскольку на то время стало очевидно, что ВЧ аппаратура (СМТ-34 и др.) не обеспечивала секретность переговоров по следующим причинам:

- разговоры легко прослушивались на междугородных станциях НКС при наличии специальной измерительной или ВЧ аппаратуры;

- существовала возможность скрытого подключения на любом линейном контрольном пункте НКС или непосредственно к линии и контроля всех переговоров с помощью несложной аппаратуры (например, длинноволнового радиоприёмника);

- была высокая вероятность приёма разговоров на радиоприёмник с антенн, расположенных вблизи междугородных линий, по которым организовывались каналы ВЧ связи...

Чтобы прочитать книгу полностью, напишите автору

Предатель Роберт Хоффман

----------------------------------------------------------------------------------------------------

Книга | Автор | Статьи | Фильмы | Фото | Ссылки | Отзывы

Контакт | Студентам | Ветеранам | Астрология | Карта сайта



Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика