4.6. Фронтовые и послевоенные успехи

Дэвид Кан в книге «Война кодов и шифров» написал, что советский военный код в 1930-е годы был раскрыт шведским криптологом Арне Берлингом. Поэтому в период советско-финской войны шведы передавали финам разведывательные данные, полученные путем чтения советской шифропереписки.

Советская стратегия ведения этой войны предусматривала нанесение ударов по 5 направлениям в глубь территории Финляндии. Одна из группировок советской армии должна была атаковать противника в районе небольшого села Суомусалми, а другое, расположенное севернее, планировало наступление в направлении села Салла. Однако разведывательная информация, полученная шведами из дешифрованной переписки этих группировок, помогла финам отразить оба удара.

Финский маршал Манергейм, который до революции 1917 года служил «верой и правдой» русскому царю, сумел разгромить советские войска под Суомусалми. Сделал это он, в основном, благодаря тому, что заблаговременно получил информацию о выдвижении туда 44-й Московской ударной моторизованной дивизии. Имея на руках эти данные, Манергейм направил к Суомусалми необходимые подкрепления.

Через два дня после того, как по приказу Манергейма 5 батальонов прибыли на место, финские солдаты в белых маскировочных халатах, словно призраки, атаковали позиции советских войск, сломили их сопротивление и заставили отступить по льду замерзшего озера Каянтоярви. Потом финские лыжники отрезали пути отхода 44-й дивизии и уничтожили ее частями в ходе затяжных боев, которые продолжались вплоть до начала 1940 года. При этом фины захватили большое количество советского военного имущества.

Шведскими криптоаналитиками было прочитано большое количество криптограмм советских ВВС. Многие из них содержали приказы о нанесении бомбовых ударов по столице Финляндии - Хельсинки. Очень часто эти криптограммы дешифровывались еще к моменту вылета советских бомбардировщиков с аэродромов, расположенных в Латвии и Эстонии. Благодаря этому финская власть имела достаточный запас времени для того, чтобы заблаговременно предупредить население города о воздушных налетах, и в результате количество жертв среди гражданского населения столицы было незначительным, учитывая огромное количество сброшенных бомб.

Тем не менее маленькая Финляндия не могла сравниться своей военной мощью и ресурсами с Советским Союзом и, несмотря на значительную помощь соседей (в том числе, по криптоанализу), в марте 1940 года она была вынуждена подписать не совсем приемлемый для себя мирный договор. Поэтому, когда годом позже Германия напала на Советский Союз, Финляндия охотно приняла участие в начатых боевых действиях и приступила к активному взаимодействию со своим новым союзником в сфере ведения шифроперехвата.

Вместе с тем, немецкая радиоразведка против Советского Союза была малоэффективной. В стратегическом отношении она вообще не имела какого-либо заметного успеха. Немцы оказались не в состоянии раскрыть шифросистемы, применявшиеся для засекречивания переписки высшего советского военного командования. Таким образом, немецкая дешифровальная служба мало способствовала потому, чтобы у командования вермахта сложилось наиболее полное воображение о советской стратегии ведения войны против Германии.

Зато значительных успехов в «раскрытии» переписки противника в 1942 году добились дешифровальщики ГРУ Генштаба Красной Армии. Они обнаружили возможности расшифровки немецких телеграмм, зашифрованных немецкой шифровальной машиной «Энигма», и приступили к конструированию специальных механизмов, которые ускорили это расшифровывание. Как мы уже знаем, в 1937 году советской разведке удалось похитить в Испании шифратор «Энигма» № K-203. Таким образом, не только британская разведка раскрывала содержание перехваченных немецких радиограмм, зашифрованных «Енигмой».

Дешифровальщиками ГРУ было раскрыто 75 шифров немецкой разведки и прочитано свыше 25 тысяч немецких шифротелеграмм. Полученные таким путем ведомости о противнике позволили установить дислокацию свыше 100 штабов соединений, раскрыть нумерацию 200 отдельных батальонов и других частей немецкой армии.

Так, в апреле 1942 года вышел Указ Президиума Верховного Совета (далее - ПВС) СССР «О награждении работников НКВД СССР за образцовое выполнение заданий Правительства». Орденом Ленина были награждены два капитана государственной безопасности: Борис Алексеевич Аронский и Сергей Семёнович Толстой, орденом Трудового Красного Знамени - 6 сотрудников, орденами Красной Звезды и «Знак Почёта» - 13 сотрудников, а медалями «За трудовую доблесть» и «За трудовое отличие» - еще 33 сотрудника.

Связано это было с тем, что уже в первые дни войны Аронским (с помощью своих помощников и переводчиков) были дешифрованы закодированные сообщения послов союзных Германии стран в Японии. По поручению Императора Японии послы докладывали своим правительствам о том, что Япония уверена в их быстрой победе над СССР, но пока сосредоточивает свои силы на юге Тихого океана против США. Аналогичная информация была получена Толстым путём дешифровки переписки высших эшелонов власти Японии.

Ещё в 1922 году Аронский был отправлен на службу в Спецотдел. В Финскую кампанию 1939-40 годов он был награждён орденами Красного Знамени и «Знак Почёта», а во время Отечественной войны - дважды орденом Ленина и орденом Трудового Красного Знамени. В конце войны он занимал должность начальника отдела 5-го Управления НКГБ СССР.

Постоянно заботясь о своём самообразовании, Аронский постепенно стал знатоком русской и западной литературы, овладел французским, английским, немецким, итальянским и даже японским языками. Правда, эти знания были специфическими - в совершенстве он знал язык и стиль дипломатической переписки, что в соединении с естественным аналитическим даром сделало Аронского блестящим «взломщиком» кодов.

В связи с отсутствием в те годы специальной техники всё это делалось вручную. Однако многомесячная работа коллектива криптоаналитиков чаще всего приводила к раскрытию значительной части содержания кодовых книг и возможности оперативного чтения перехваченных кодотелеграмм. Это и определило успех группы Аронского, что сыграло огромное значение в битве за Москву.

Сергей Семёнович Толстой, как и Аронский, начал служить в Спецотделе с 1922 года, однако работал над анализом не кодов, а шифровальной техники противника. В довоенные годы он возглавлял «японский» отдел дешифровальной службы НКВД. Поэтому центром его интересов были так называемые «красные» и «пурпурные» японские системы. Свой первый орден «Знак Почёта» он получил в 1940 году.

Во время Отечественной войны Толстой был награждён орденом Ленина, орденами Красного Флага и Трудового Красного Знамени. Уже одно то, что непосредственные начальники Толстого и Аронского не имели стольких наград, подтверждало важность дешифрованной ими информации для Верховного командования. Здесь уместно привести слова бывшего директора ФАПСИ генерал-полковника А.В.Старовойтова: «Нам была доступна информация, которая циркулировала в структурах Вермахта (почти вся!). Я думаю, нашим маршалам была оказана существенная помощь в достижении перелома в ходе войны и, наконец, окончательной победы. Наши полевые центры дешифровки работали достаточно успешно. Войну в эфире мы выиграли».

Нельзя не отметить и тот факт, что Толстой в соавторстве с Аронским, Андреевым и Копытцевим (двое последних вышеупомянутым Указом ПВС СССР были награждены орденами Трудового Красного Знамени) в 1939-40 годах написали один из первых советских учебников по криптологии, сохранившийся всего в нескольких экземплярах.

В то же время фашистская дешифровальная служба также настойчиво работала. Так, в 1943 году начальник штаба 48-го танкового корпуса полковник Мелентин, принимавший участие в боевых действиях в районе Радомышля в составе группы немецких армий «Юг», писал:

«В те дни мы успешно осуществляли перехват радиосообщений русских. Эти сообщения немедленно дешифровывались, и их содержание своевременно докладывалось командованию корпуса. Мы всегда были в курсе действии русских, которые предпринимались в ответ на передислокацию наших сил, и в каждом конкретном случае мы вносили соответствующие изменения в наши планы. Вначале русские недооценили важность нанесенного по ним удара и подбросили на наш участок слишком малое количество противотанковых пушек. Затем постепенно русское командование начало проявлять заметное беспокойство. В эфире стали появляться встревоженные запросы: «Срочно уточните, откуда наступает противник». Ответ: «Узнайте у чёртовой бабушки. Как я могу узнать, откуда наступают немцы?» (Всякий раз, когда в русских радиограммах упоминаются чёрт и его ближайшие родственники, можно предположить, что назревают серьезные события.) К середине дня 60-я армия русских перестала выходить в эфир, но это уже не имело особого значения, поскольку вскоре наши танки разгромили её штаб».

Мелентин также отмечал: «Красная Армия периода Второй мировой войны значительно отличалась от императорской русской армии 1914-17 гг., однако в двух отношениях русские ничуть не изменились. Они продолжают отдавать предпочтение массированным наступлениям и не перестают проявлять чрезвычайное безразличие к обеспечению безопасности своей радиосвязи».

Дешифрованные советские сообщения, как сообщалось в докладе об итогах работы немецкой дешифровальной службы за февраль 1944 года, «позволили получить сведения об оперативной обстановке, о районах сосредоточения, командных пунктах, потерях и подкреплениях, порядке подчинения и рубежах для атаки (смотри, например, радиограммы 122-й бронетанковой бригады от 14-го и 17-го февраля). Кроме того, содержание этих сообщений дало возможность выявить семь танковых частей противника и их номера, а также установить наличие еще двенадцати танковых частей. За редким исключением, весь материал обрабатывался своевременно, и полученные сведения использовались на практике»...

Чтобы прочитать книгу полностью, напишите автору

Последний из кембриджской пятёрки (2008)

----------------------------------------------------------------------------------------------------

Книга | Автор | Статьи | Фильмы | Фото | Ссылки | Отзывы

Контакт | Студентам | Ветеранам | Астрология | Карта сайта



Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика