4.11. Шпионы и предатели

В январе 1664 года шведский представитель в Москве в сообщении своему королю писал о том, что у него появился тайный и ценный информатор. Этим информатором был Г.К.Котошихин, служащий Приказа тайных дел (Посольского приказа), который занимался, в том числе, и вопросами криптозащиты дипломатических сообщений. Котошихин получал скромное денежное содержание, но достаточно добросовестно исполнял свои служебные обязанности. Однако за небольшую ошибку в царском документе (неточное именование царских регалий) по наивысшему указу был «бит палками».

Обида на царя и недостаточное материальное обеспечение подтолкнули Котошихина на сторону шведов - тогдашних противников России, которые щедро оплачивали его информацию. Однако вскоре он был вынужден «бежать» в Швецию, где прожил недолго. В 1667 году Котошихин был казнен по приговору местного суда за преднамеренное убийство шведского подданного.

19 августа 1888 года из Российской миссии в Пекине были похищены экземпляры российских ключей: биграммного № 356 и словарного № 336, а последнего еще и в 1891 году - в Вашингтоне. Интересно, что в 1898 году один из экземпляров ключа № 356 был потерян начальником адриатической эскадры.

В канун русско-японской войны 1904-05 годов в Порт-Артуре вместе с планами крепости были похищены шифры, которые использовались российским военным командованием. Кража была осуществлена под руководством известного Сиднея Рейли, который находился в Корее с разведывательными поручениями. После кражи Рейли спешно отправился в Японию, где продал добытые документы за большие деньги японцам.

В декабре 1910 года был разоблачен немецкий шпион Юлиус Рейхак, который прослужил в российском посольстве в Швейцарии больше 20 лет на должности старшего канцелярского служащего и имел доступ ко всем помещениям посольства и ключи от всех сейфов. Кроме того, он сам упаковывал и возил на вокзал всю дипломатическую почту посольства, тем самым значительно облегчая работу немецкой разведки по перлюстрации русской дипломатической почты.

В 1919 году в самолёте, который летел из Германии в Советский Союз и сделал аварийную посадку в Латвии, местные пограничники нашли 3 шифрованных сообщения. Не сумев их расшифровать, правительство Латвии передало эти сообщения американскому консулу в Риге, который в свою очередь переправил их в США. Там они были достаточно быстро прочитаны. Оказалось, что сообщения послали в Москву немецкие коммунисты, которые применили для засекречивания шифр вертикальной перестановки, а в качестве ключа использовали строки из стихотворения немецкого поэта Генриха Гейне «Лорелея». В шифровках была просьба послать побольше денег, обсуждался провал съезда коммунистов в Голландии и говорилось об аресте известной немецкой коммунистки Клары Цеткин.

В 1925 году исчезли шифродокументы из советского посольства в Шанхае. Русский белогвардеец, который был заподозрен в краже, при невыясненных обстоятельствах исчез с корабля, на котором должен был отплыть из Шанхая.

В мае 1927 года в Англии исчез шифровальщик советской разведки Миллер. После этого часть советской расшифрованной дипломатической переписки была опубликована, а отношения с Советской Россией разорваны. Советский Союз был вынужден потратить большие средства, чтобы изменить всю систему безопасности советских представительств в Англии.

В 1935 году советский служащий похитил шифры из посольства СССР в Праге, и хотя они впоследствии были учтиво возвращены чешской полицией их законным владельцам, это не могло поколебать уверенность работников посольства в компрометации этих шифров.

В октябре 1937 года отказался вернуться в Советский Союз директор Лондонского отдела «Интурист» Арон Шейнман, который был наркомом внешней и внутренней торговли СССР, председателем правления Госбанка и замнаркома финансов СССР. Шейнман хорошо знал всё «прикрытие» советских разведчиков в системе внешней торговли и имел прямой доступ к шифропереписке.

В том же году был похищен код, который применялся для засекречивания переписки между Москвой и Министерством национальной обороны испанских республиканцев, которые получали помощь из СССР в борьбе против режима Франко.

29 мая 1938 года с территории Монголии, воспользовавшись автомобилем, убежал к японцам работник штаба 36-й мотострелковой дивизии майор Фронтямар Францевич, знающий весь военный комплекс шифропереписки.

12 июня 1938 года начальник Управления НКВД по Дальневосточному краю Генрих Люшков, который отвечал за ведение контрразведывательной работы в армии, дислоцированной на Дальнем Востоке, перешёл государственную границу и сдался японской оккупационной власти Маньчжурии. Он, кроме всего прочего, передал японцам известные ему данные по организации шифрованной связи. Правда, убыток, причинённый СССР побегом Люшкова, не был слишком большим, поскольку советские агенты за рубежом вовремя информировали Москву о тех данных, которые стали достоянием японцев. Позже Люшков стал гражданином Японии под именем Ямогучи Тосикадзу. Когда советские войска в 1945 году вступили в Маньчжурию, его ликвидировали сами японцы как нежелательный источник информации о методах японской разведки.

12 июля 1938 года, побаиваясь ареста, убежал в США резидент Иностранного отдела (далее - ИНО) НКВД в Испании Александр Орлов (Лейба Фельбинг). Он знал очень много чего об организации шифроработы советской разведки. Орлов после побега под именем Берга жил в США, где и умер в 1974 году.

В октябре 1938 года ещё один нелегал ИНО НКВД Матвей Штейнберг, работавший во Франции, Швейцарии и Испании, отказался выполнить приказ о возвращении в Москву из опасения ареста и остался на Западе.

В том же году двое русских эмигрантов Владимир и Мария Азаровы тайно вывезли из СССР, как потом было отмечено в материалах судебного решения, «секретную кодовую книгу, которая содержала действующий в Советском Союзе код, предусмотренный для ведения переписки». Их вещи, в том числе и кодовая книга, сначала были доставлены на борт грузового судна, а затем выгружены в Риге, в результате чего оказались бесповоротно утерянными. Азаровы в судебном порядке предъявили пароходной компании иск на 511900 долларов США: 11900 долларов - за утерянное личное имущество, а другие полмиллиона - за код, что согласно заявлению Владимира Азарова на суде, «точно отвечало рыночной стоимости кодовой книги на момент её пропажи». Дело было улажено без судебных разбирательств. Поэтому никто так и не узнал, какая сумма была выплачена Азаровым в качестве возмещения стоимости кодовой книги.

В июне 1941 года фашистами был захвачен в плен советский лётчик, который выдал им одну из шифросистем, использовавшихся в переписке советских ВВС. В результате полученная из дешифрованных сообщений информация помогла фашистским ВВС уничтожить сотни советских самолетов на земле и в воздухе в ходе воздушных боёв в небе над Минском.

Согласно документам третьего рейха, которые сохраняются в Национальном государственном архиве США в Вашингтоне, немецкой разведке удалось сфотографировать общевойсковой командирский код № 5 «ОКК-5» 1938 года, переводную таблицу дежурного радиста «ПТ-38А» линии связи РККА 1938 года, правила пользования кодом «Четвёртый», оперативно тактический код «Третий» (наборно-разборная книга), постовой код «СН» и «С» Северного флота 1940 года, ключевую таблицу № 14 1940 года, Инструкцию органам НКВД по ведению шифрработы от 7 октября 1942 года, Инструкцию по организации связи в авиасоединениях и авиачастях (на 50 страницах) 1943 года и кодовую таблицу «ВС-22» 1948 года.

В ноябре 1944 года Управление стратегических служб (далее - УСС) - предшественник ЦРУ США - получило 1500 страниц шифровальных тетрадей советской госбезопасности, захваченных финами. Сами по себе тетради большого значения для западных криптологов не имели. Шифровальщик резидентуры госбезопасности при зашифровывании посланий сначала каждое слово или, даже, букву записывал в виде 5-значного числа из шифровальной тетради. Но потом он добавлял в каждую группу еще 5 знаков из серии случайно выбранных цифр, отмеченных в «разовой тетради», второй экземпляр которой был только в Московском центре.

Если использовать «разовую тетрадь» лишь один раз, как того и требовали инструкции Центра, шифр «расколоть» было практически невозможно. Но в последний год войны количество информации, переданной резидентурами из США и Англии, было настолько большим, что Центр иногда направлял «разовые тетради» во второй раз. В конце войны было ещё два случая нарушения обычно очень строгого шифровального режима. Кроме того, в 1944 году ФБР перехватило незашифрованные тексты нескольких сообщений резидентуры из Нью-Йорка в Москву.

Хотя оригинал по настоятельному требованию Президента США Франклина Рузвельта возвратили в Москву, УСС сделало его копию. Подгоревшая книга была передана лично советскому послу в Вашингтоне Андрею Громыко, и больше никто в советском посольстве о её существовании не знал. В мае 1945 года НКГБ заменил шифры, а копия старой тетради, которую УСС оставило себе, использовалась до 1948 года для расшифровывания некоторых сообщений НКГБ в последний год войны, благодаря чему удалось впоследствии раскрыть советских агентов времён войны. Если бы получение тетради удалось скрыть от русских в 1944 году, её ценность для американского перехвата была бы значительно выше.

В сентябре 1945 года сдался канадской власти шифровальщик советского посольства в Оттаве Игорь Гузенко, который после своего побега рассказал о принципах шифрования, которые применялись НКГБ и ГРУ. Кроме того, он рассказал о советском шпионаже так много, что канадское правительство учредило специальную Королевскую комиссию по вопросам шпионажа. Комиссия обнаружила имена 14 человек, которые входили в агентурную сеть советской разведки...

 

Чтобы прочитать книгу полностью, напишите автору

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------

Книга | Автор | Статьи | Фильмы | Фото | Ссылки | Отзывы

Контакт | Студентам | Ветеранам | Астрология | Карта сайта



Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика